Большой широкий город, магистрали и дома, гусары в окнах - бесполезная тюрьма
Зеленым яблоком железо запоет - ты станешь слаще.
А я... Пропала без вести в японских лагерях, пропала голубем, синицею в руке
И застывала в ожидании тебя, неблагодарно!
С тобой проводит ночи тридцать первая весна и без сомнения ревнует ко всему
И без сомнения ревнует ко всему, бьет стекла...
А я... Прощаюсь с городом просоленным, куда в любое время не доходят поезда
И губы часто здесь обветрены мои бывали...
Рассвет: в соломе крылья, паутина, провода, я мягким тигром сторожу тебя в окне
И обалдевшая от нежности вода несовершенна.
А я... К тебе стремлюсь, я нагибаюсь до земли, я в этом марте, в этом марте навсегда
И одуревшие дрейфуют корабли, неблагодарно!
С тобой проводит ночи тридцать первая весна и без сомнения ревнует ко всему
И без сомнения ревнует ко всему, бьет стекла...
А я... Прощаюсь с городом просоленным, куда в любое время не доходят поезда
И губы часто здесь обветрены мои бывали...
С тобой проводит ночи тридцать первая весна и без сомнения ревнует ко всему
И без сомнения ревнует ко всему, бьет стекла...
А я... Прощаюсь с городом просоленным, куда в любое время не доходят поезда
И губы часто здесь обветрены мои бывали...
А я... А я... А я... А ты не видишь, а я...
